Явка в силовые структуры под давлением уже собранных следствием улик и свидетельских показаний не может считаться добровольной и учитываться при прекращении дела, разъясняет Верховный суд РФ.
Императивный характер применения освобождения от уголовной ответственности за коммерческий подкуп — на основании примечания к статье 204 УК РФ — не освобождает суд от подробного анализа каждого конкретного случая, отмечает высшая инстанция в своем определении.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РФ рассмотрела протест на прекращение уголовного дела о коммерческом подкупе в связи с явкой бизнесмена с повинной.
По мнению представителя Генпрокуратуры, признательные показания фигуранта носили вынужденный характер и лишь подтверждали имеющиеся у оперативно-розыскных органов исчерпывающие сведения. К тому же бизнесмену на тот момент уже было достоверно известно, что правоохранительные органы установили его роль в совершении преступления, указывает автор представления.
Позиция ВС
Суд первой инстанции при прекращении уголовного дела опирался на добровольное заявление и подробные объяснения бизнесмена, которые он дал следствию, не будучи задержанным и в отсутствие у него статуса подозреваемого и обвиняемого.
Само по себе наличие у правоохранительных органов информации о возможной причастности лица к совершению преступления, по мнению первой инстанции, не является основанием для отказа в прекращении уголовного преследования.
Между тем, согласно разъяснениям Пленума ВС РФ, для освобождения от уголовной ответственности за передачу предмета коммерческого подкупа (части 1-4 статьи 204 УК РФ) требуется установить активное способствование раскрытию, расследованию (пресечению) преступления, а также добровольное сообщение о совершенном преступлении (абз. 2 и 3 п. 29 постановления от 9 июля 2013 года №24 (в редакции от 9 декабря 2025 года).
Под явкой с повинной понимается добровольное сообщение о совершённом преступлении, сделанное по собственной инициативе и до того момента, когда правоохранительным органам стало известно о его участниках, напоминает высшая инстанция.
Добровольность имеет место в случаях, когда силовым структурам неизвестно о преступлении, совершившем его лице, либо известно и о факте, и о преступнике, но последний об этом еще не знает и сам ставит в известность правоохранительные органы о своей роли, уточняет ВС.
«В противном случае, когда правоохранительным органам известен факт преступления, лицо, его совершившее, и само лицо знает о наличии у органа предварительного расследования данной информации, но, тем не менее, оно сообщает о своей причастности к преступлению, добровольность в действиях указанного лица отсутствует, а явку в правоохранительные органы с сообщением о преступлении следует трактовать как вынужденное подтверждение своей причастности к преступлению», — отмечает ВС.
Отсутствует добровольность и в случае, когда нарушитель закона знает об осведомлённости правоохранительных органов о его причастности к преступлению, но у него нет достоверной и точной информации, какие именно улики имеются против него, обращает внимание ВС.
В данном случае оперативники знали о действиях и роли фигуранта до его явки в полицию, к моменту его признательных показаний уже были задержаны остальные коррупционеры, следует из материалов дела.
Также в рамках оперативных мероприятий были получены доказательства неоднократных банковских операций по переводу денег обвиняемому в получении подкупа за лоббирование интересов фирмы фигуранта.
Более того, оперативные сотрудники предъявили бизнесмену сведения о движении денежных средств по его расчётному счёту.
«Таким образом, в этот момент для (фигуранта) стало очевидным наличие у правоохранительных органов информации о его причастности к преступлениям, которую в ходе дачи объяснения он лишь подтвердил», — отмечает ВС.
К тому же из материалов дела усматривается, что в день допроса бизнесмена в качестве свидетеля в его квартире был произведён обыск.
Соответственно, он мог догадываться о перспективе изменения его процессуального статуса со свидетеля на подозреваемого, а значит, его добровольные показания могли носить вынужденный характер, приходит к выводу высшая инстанция.
«При таких данных факт добровольности сообщения (фигуранта) о совершённых им преступлениях вызывает сомнение», — считает ВС.
Между тем добровольное сообщение о преступлении является одним из необходимых условий освобождения от уголовной ответственности на основании примечания 2 к ст. 204 УК РФ, констатирует высшая инстанция.
«Несмотря на императивный характер применения примечания к ст. 204 УК РФ, уголовный закон не освобождает суд от разрешения в каждом конкретном случае вопроса о наличии либо отсутствии оснований для освобождения лица от уголовной ответственности в зависимости от характера, содержания и объёма совершённых лицом действий, а также их значения для установления обстоятельств преступления и изобличения лиц, его совершивших, с приведением в судебном решении мотивов принятого решения», — подчеркивает ВС.
В результате Судебная коллегия определила уголовное дело передать на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции.
Дело № 43-УДП26-5-К6.
Источник: РАПСИ